ГАРМ - это лучшее место на Земле!
Главная
Рассказы
Ссылки
Гостевая книга
Форум
Наши контакты
Фотогалерея | Слайдшоу



Татьяна Раутиан: речь на церемонии вручения медали Рида

Уважаемый Президент Американского сейсмологического общества Christa von Hillebrandt-Andrade, дорогие друзья и коллеги!

Это удивительное событие в моей жизни. Я стою перед вами, получая медаль Рида. И чувствую рядом с собой Виталия Халтурина, моего любимого покойного мужа, друга и соратника. Он был бы так счастлив сегодня...

Оба мои родителя были учеными. Слушая их рассказы, я с детства поняла, что главное в научной работе – это любопытство.

Мне было лет 6 (а это – философский возраст!), когда отец рассказывал мне о том, что наша Земля — шар и как это увидеть, о положительных и отрицательных числах, о цветном зрении («каким видят мир пчелы?»), о законе Архимеда («почему поднимаются стратостаты?»), обсуждал со мной бесконечность Вселенной.

Когда мне было 13, моя мама рассказывала мне о своей работе, в частности, о поначалу непонятных, сбивающих с толку противоречиях в своих наблюдениях – с тем, что ожидалось. А потом оказывалось, что именно эти противоречия — ключ к решению проблемы на более глубоком уровне. У меня не было интереса к детективным историям с их загадками и приключениями. Научные загадки оказались гораздо более интересными.

Еще в школе я прочла захватывающую книгу «Солнечное вещество» - о ядерном синтезе на солнце. И в Университете, в 1948 году, решила изучать ядерную физику. Однако, обнаружилось, что быть ядерным физиком – это значит работать над созданием Большой Бомбы. И жить где-то в закрытом мире без права переписки. Ни того, ни другого мне совершенно не хотелось. И из ядерной физики я ушла, менять специальность было поздно.
В этот критический момент и возник в моей жизни Виталий Халтурин.

Хотя в СССР высшее образование было бесплатным, за него приходилось расплачиваться несвободой - мы не были свободны выбрать место работы. Нас должны были отправить в Восточную Сибирь для работы в системе КГБ. Он сказал: «КГБ? Ни за что! Самое лучшее место на земле — это Гарм в Таджикистане». Он приложил множество усилий, предпринял длительные переговоры. Это было почти невероятно, но ему удалось: КГБ разжал свою хватку! Нашу судьбу теперь решала Академии Наук.

И вот из холодного, сырого, ветреного Ленинграда, с его плоским как стол рельефом, я оказалась в фантастической горной стране, где 350 дней в году светит солнце.

Там не было водопровода, электричества, стиральных машин, не было пробок на дорогах, театров, библиотек, профессоров, зато были землетрясения! И землетрясения были не просто чем-то, изображенным на фотобумаге, но настоящими толчками и сотрясениям. Это было просто замечательно!

В то время я почти ничего не знала о сейсмологии. Моя мама обычно говорила: «Если у тебя есть хорошее общее образование в физике, ты сможешь заниматься любой областью науки, связанной с физикой». Вначале моя работа была большей частью традиционной: совершенствование методов обработки данных. Тогда мы еще не были готовы изучать землетрясение как физический процесс.

В 1954 году Гармская сейсмостанция была превращена в научный центр - Комплексную сейсмологическую экспедицию. Известные ученые из Москвы стали посещать нас. Один из них, Владимир Кейлис-Борок, спросил: «В самый первый момент, когда разрыв только начинается, знает ли землетрясение — будет оно большим или маленьким?» Мой внутренний голос подтолкнул меня: «да!». Сам Кейлис-Борок был больше склонен ответить «нет». А этот вопрос («Что землетрясение знает о самом себе?») запал мне в голову как некий маяк.

«Берлинская стена» пала в Гарме в 1971 году. Мы встретились и кратко пообщались с несколькими американскими учеными. Линн Сайкс рассказал нам о плитовой тектонике, о которой мы еще не знали. Мы обсуждали результаты наших исследований коды с Кей Аки.
Потом была специальная встреча с Франком Прессм. Я её хорошо помню, потому что для меня это был очень эмоциональный момент. Ведь Пресс был тогда Советником Президента Америки по науке. Он сидел в центре комнаты на табуретке, одна нога – на коленке другой. Все стены увешаны постерами. Я медленно передвигаюсь от одного плаката к другому рассказывая ему (на моем далеко не хорошем английском) о всех наших работах по очереди. Пресс поворачивается вслед за ходом рассказа. Нерсесов молча слушает, стараясь понять реакцию Пресса. Потом у них был длинный (несколько дней) разговор. Все мы в Гарме ждали – что-то будет в результате этих переговоров один-на-один...

И действительно - вскоре мы начали регулярно работать с американцами. Это было нечто большее, чем просто профессиональные контакты — мы начинали понимать и ценить культуру и представления о жизни друг друга. С тех прошло 40 лет, но уважительные и дружеские отношения остались такими же теплыми.

Моя любимая работа в Гарме была бы невозможной без частотно-избирательных приборов, разработанных Константином Запольским. Запольский изобрел свои приборы в конце 40-х годов, но только в 70-ые Виталий создал хорошо контролируемую систему наблюдений. Была собрана огромная коллекция сейсмограмм. Они стали основой моей любимых исследований. Каждое землетрясение раньше имело только время, координаты, магнитуду. Благодаря возможностям аппаратуры Запольского удалось получить из этих записей нечто большее: численные значения параметров, необходимых для описания каждого землетрясения как элемента физического процесса. Поначалу это было ещё неясным предвестником чего-то, крайне важного. Но потом очаговые спектры и очаговые параметры стали моим «сейсмологическим глазом». Они позволили увидеть, что земная кора фрагментирована, понять, как распределены в ней трещины и разломы, каковы на них значения напряжений и прочности, увидеть их огромное разнообразие. Понадобилось 20 лет работы с приборами Запольского, чтобы накопить данные, достаточно многочисленные, чтобы открыть тайну землетрясений. Теперь я уверена: землетрясение с самого начала «знает, каким оно будет».

В течение 40 лет я жила и работала в Гармской комплексной сейсмологической экспедиции. Этот научный центр был создан Игорем Нерсесовым, это результат труда и забот всей его жизни, источник его удач и разочарований, его «любимое строптивое дитя». Он создал там замечательные условия для жизни и работы. В Гарме мы никогда не заботились о «proposals» - это была его дело. Я, бывало, не соглашалась с Нерсесовым, например, в вопросах прогноза землетрясений и всячески избегала работать в этом направлении. Конечно же, он был недоволен. Но все же терпел эту мою независимость. Я благодарна ему за это.

Аналоговые сейсмограммы на фото-бумаге, которые накопились в течение десятков лет работы многих сотрудников КСЭ, к сожалению, буквально сгорели в огне гражданской войны в Таджикистане, в 1992-1997 годах. Но все мои любимые землетрясения, их спектры, все вопросы и ответы, споры и загадки, до сих пор крутятся у меня в голове.

Экспедиция в Гарме прекратила своей существование. Но благодаря Полу Ричардсу мы с Виталием имели счастливую возможность не только жить в прекрасной стране Америке, но в течение 11 лет, с 1994 по 2005 год работать в Ламонте, этом «Гарме» Колумбийского Университета.

Я благодарна всем замечательным людям, о которых я говорила сегодня, моим гармским коллегам, и всем остальным, которые помогали мне идти моим собственным путем в науке и делали жизнь прекрасной и удивительной. Я также благодарю своих детей и внуков, которые проводили свое детство в Гарме, и позволяли мне быть более ученым, чем обычной матерью и бабушкой. Надеюсь, они прощают меня за это.

Моим хобби, удовольствием, любимой игрушкой была моя работа. Мне посчастливилось – я могла дать волю своему любопытству, насладиться прелестью научного поиска, заглядывая в неведомое и делясь этим с друзьями.

Спасибо еще раз за эту высокую честь — предстать сегодня перед вами.

Татьяна Раутиан,
trautian@aol.com

<< Питер Молнар: Похвальное слово Татьяне Раутиан. Речь на церемонии вручения медали Рида.Пресс-релиз Американского сейсмологического общества>>

Привет дорогие мальчики, Саша Гусев, Юрий Маркович !прощаю вам через чур возвышенные слова. Я жива-здорова с учетом возраста - почему-то все оказались меня моложе :-). Я живу то у Иры в Калифорнии, то у себя дома в Москве, раскапываю историю своих предков и всякой другой родни. Кого только ни нахожу! Ладно бы на Украине, Эстонии или Америке - а то и во Франции и в Парагвае (кто знает, где это - Парагвай?). Это очень популярное помешательство. Мой двоюродный зять довел родословную своей жены - а моей племянницы - аж до самого Вильгельма Завоевателя. Я так далеко не хожу, но все же, все же. Не про одну же сейсмологию думать.
Юрий Маркович - не было ли у тебя родни в Америке, штат New York? Я там видела следы пребывания Тейтельбаумов.
Пишите, рада буду узнать как и что у вас
Ваша Таня Глебовна
Таня Глебовна, 02.08.2012

Милейшая Татьяна Глебовна,

Очень рад что Ваши труды и заботы достойно оценены. Во многом Вы опережали время, но это мало кто понимает.
Для меня Вы классик и я очень рад что мне повезло видеть Вас и говорить с Вами "вживую". Продолжаю завидовать Вашей энергии (К=25) и настойчивости. Будьте здоровы!
Саша
P.S.
Если желаете - сообщите адрес, пришлю некоторые отгадки на загадки 1970х годов. АГ
Александр Гусев, 19.07.2012

Дорогая Татьяна Глебовна!

От всей нашей семьи поздравляю Вас с наградой!
Кажется невероятным то, что Вы и Виталий ... (поймала себя на том , что никогда не называла дядю Виталия по отчеству) сумели добиться такого признания в США всего за каких!то коротких 11 лет, попав туда отнюдь не в молодом возрасте). Преклоняюсь...
Большой привет от мамы
Дочка Иры Симбиревой из Ванкувера
Ольга Симбирева, 15.11.2011

Дорогая Татьяна Глебовна! От всей души и искренне поздравляю вас с заслуженной наградой!! Вы дейсвительно корифей СОВЕТСКОЙ, РОССИЙСКОЙ и МИРОВОЙ сейсмологической науки. Вы одной из первых стояли у ее истоках и вы "живая" её легенда и история. Очень приятно что мировая общественная сейсмологическая наука наконец-то по достоинству оценила ваш огромный вклад в сейсмологию. Я желаю вам здоровья вам и всего самого доброго! Прошу прощения за столь позднее поздравление. очень редко посещаю интернет - большая загруженность работой..
Андрей Нестеренко, 28.10.2011

Дорогая Таьяна Глебовна!

Простите, что очень поздно, но от всей души поздравляюю Вас с достойной наградой. Жаль, что в Росии не нашли возможность представить Вас к достойной награде. Но Вас знает вся сейсмологическая наука. Вы уже завоевали почетное звание корифея сейсмологической науки в сердцах известных ученых, ваших последователей и учеников. Мы всегда помним Ваши ценейшие советы и назидания. Они стали локомотивом наших дальнейших достижений в разных областях деятельности. Мы всегда Вас помним и почитаем. Еще раз прошу прошения, что долгое время не появлялся в эфире. Думаю исправлюсь
Алишо, 27.08.2011

Добавить отзыв

Ваше имя:
Ваш email:
Ваш отзыв:
Введите число, изображенное на картинке:
Новости
  • 18.01.2014. Питер Молнар - лауреат премии ...
  • 21.04.2011. Медаль Рида - Татьяне Раутиан!...
  • 08.11.2009. Первым делом - вертолеты...
    ...
  • 31.01.2009. Обновления на сайте! Новые ссы...
  • 13.01.2009. Поздравляем всех со старым - о...

Все отзывы

Последние отзывы:
Спонсор сайта - интернет-магазинчик "Для пышных красавиц"


Сайты наших друзей и земляков:
---------------------------------
Анастасия Коляда, она же Стася, внучка В.И.Халтурина, инструктор по горным лыжам, научит вас кататься на лыжах и сноуборде:




Алексей Дещеревский, он же Леша, приглашает бывших гармчан при случае заглянуть в Пущино, в гости, и к себе лично, и в пущинский клуб туристов "Азимут", а также присоединиться к походам!
(c) 2008-2012. Контактная информация